Судебные решения, арбитраж
Банковский кредит; Банковские операции
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья: Бакштановская О.А.
Судья-докладчик: Ткачук М.А.
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
председательствующего Ткачук М.А.,
судей Ананиковой И.А. и Апхановой С.С.,
при секретаре К.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению К. (ООО) о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя Свердловского отдела судебных приставов города Иркутска Управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области Р. от <дата изъята>, о возложении обязанности на судебного пристава-исполнителя возобновить исполнительное производство о взыскании суммы долга с С.,
по апелляционной жалобе представителя Управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области М.
на решение Свердловского районного суда города Иркутска от 22 апреля 2013 года, которым заявленные требования удовлетворены,
установила:
В обоснование заявленных требований К. (ООО) указал, что <дата изъята> между К. (ОАО) и С. был заключен кредитный договор <номер изъят>, по условиям которого кредитор предоставил заемщику кредит в размере <данные изъяты> под <данные изъяты> годовых на срок <данные изъяты> месяцев на неотложные нужды. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору с С. заключен договор залога принадлежащей ей на праве собственности квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>. В связи с нарушением С. условий кредитного договора К. (ОАО) обратился в суд с иском о взыскании задолженности по кредитному договору, процентов, пени и обращении взыскания на заложенное имущество. Решением Куйбышевского районного суда <адрес изъят> от <дата изъята> с С. в пользу К. (ОАО) взыскана задолженность в размере <данные изъяты>, обращено взыскание на заложенное имущество, начальная продажная цена квартиры установлена в размере <данные изъяты>. Решением Свердловского районного суда города Иркутска от 29 декабря 2012 года с С. дополнительно взыскана задолженность по кредитному договору в размере <данные изъяты>. В ходе исполнительного производства квартира не реализована третьим лицам. Судебный пристав-исполнитель предложил оставить квартиру взыскателю. К. (ООО), являющийся правопреемником К. (ОАО), уведомил судебного пристава-исполнителя о согласии принять указанное имущество в счет погашения долга по цене на <данные изъяты> ниже его стоимости, указанной в решении суда, которая составила <данные изъяты>. Общая сумма долга С. по двум исполнительным документам составляет <данные изъяты>. <дата изъята> судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об окончании исполнительного производства. Полагает, что поскольку размер обеспеченного ипотекой обязательства больше стоимости заложенного имущества, задолженность не может считаться погашенной. У судебного пристава не было законных оснований для вынесения постановления об окончании исполнительного производства.
К. (ООО) просил восстановить срок для обжалования постановления судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства от <дата изъята>, отменить постановление судебного пристава-исполнителя Р. от <дата изъята> об окончании исполнительного производства в отношении С., возложить обязанность на судебного пристава-исполнителя возобновить исполнительное производство о взыскании суммы долга с С.
Судебный пристав-исполнитель Свердловского ОСП города Иркутска УФССП по Иркутской области Р. в судебное заседание не явился.
Представитель заинтересованного лица Управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области Б. возражал против удовлетворения заявленных требований.
Решением Свердловского районного суда города Иркутска от 22 апреля 2013 года требования К. (ООО) удовлетворены.
В апелляционной жалобе представитель заинтересованного лица Управления Федеральной Службы судебных приставов по Иркутской области М. просит об отмене решения суда по мотивам его незаконности и необоснованности.
Возражений на апелляционную жалобу не поступило.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав доклад, пояснения представителя заинтересованного лица Управления Федеральной Службы судебных приставов по Иркутской области Б. и судебного пристава-исполнителя Р., поддержавших доводы жалобы, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.
Признавая незаконным постановление судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства, суд исходил из того, что пункт 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке" (в редакции от <дата изъята>) на возникшие правоотношения не распространяется, поскольку они имели место до <дата изъята>.
Суд пришел к выводу об отсутствии оснований для окончания исполнительного производства, поскольку оставление у залогодержателя предмета ипотеки само по себе не доказывает исполнение требований, содержащихся в исполнительном документе, так как заложенное имущество передано взыскателю по цене меньшей, чем размер задолженности, взысканный с должника по решениям суда.
Обсуждая вопрос о моменте возникновения и размере возникших обязательств, суд указал, что обязательство должника С. по кредитному договору состоит из суммы кредита в размере <данные изъяты> и процентов в размере <данные изъяты> годовых, а согласно графику ежемесячных платежей общая сумма обязательств составляет <данные изъяты>, тогда как стоимость заложенного имущества, определенная на момент возникновения ипотеки, составляет <данные изъяты>.
С такими выводами суда судебная коллегия согласиться не может, исходя из следующего.
В соответствии с пунктом 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (в редакции Федерального закона от 06 декабря 2011 года N 405-ФЗ), если залогодержатель в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, оставляет за собой предмет ипотеки, которым является принадлежащее залогодателю жилое помещение, а стоимости жилого помещения недостаточно для полного удовлетворения требований залогодержателя, задолженность по обеспеченному ипотекой обязательству считается погашенной и обеспеченное ипотекой обязательство прекращается. Задолженность по обеспеченному ипотекой обязательству считается погашенной, если размер обеспеченного ипотекой обязательства меньше или равен стоимости заложенного имущества, определенной на момент возникновения ипотеки.
Приведенная норма права в редакции Федерального закона от 06 декабря 2011 года N 405-ФЗ вступила в силу с 07 марта 2012 года.
В статье 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" до внесения в нее изменений Федеральным законом от 06 декабря 2011 года N 405-ФЗ такого положения не было.
Согласно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к правоотношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на правоотношения, возникшие до введения его в действие только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.
Как следует из материалов дела, факт оставления К. (ООО) за собой предмета ипотеки - жилого помещения (30 октября 2012 года) и регистрации права собственности на данное жилое помещение (27 декабря 2012 года) имел место после вступления в силу пункта 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (в редакции Федерального закона от 06 декабря 2011 года N 405-ФЗ), поэтому указанная норма закона распространяется на правоотношения по реализации заложенного имущества в данном деле.
Анализируя норму пункта 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" и нормы статей 69 и 87 Федерального закона "Об исполнительном производстве", суд пришел к выводу о том, что задолженность по обеспеченному ипотекой обязательству считается погашенной и обеспеченное ипотекой обязательство прекращается только в том случае, когда заложенное имущество остается за взыскателем в соответствии с нормами Федерального закона "Об ипотеке". Если же заложенное имущество осталось за взыскателем в порядке, предусмотренном нормами Федерального закона "Об исполнительном производстве", то обязательство не может быть прекращено на основании пункта 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)". Фактически суд высказался о существовании двух процедур реализации заложенного имущества, одна из которых регулируется нормами Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", другая - нормами Федерального закона "Об исполнительном производстве".
Данный вывод суда является ошибочным, поскольку такое толкование материального закона ставит должников в зависимость от волеизъявления банка: в случае, если банк соглашается при заключении договора на оставление заложенного имущества за собой вследствие невозможности его реализации, то обязательство прекращается, а при отсутствии согласия, даже при оставлении за собой заложенного имущества, обязательство не прекращается и должник вынужден выплачивать долг за счет иного имущества.
Такое толкование противоречит положениям статей 56, 57, 58 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", поэтому решение суда нельзя признать соответствующим требованиям закона.
В соответствии со статьей 56 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" имущество, заложенное по договору об ипотеке, на которое по решению суда обращено взыскание в соответствии с настоящим Федеральным законом, реализуется путем продажи с публичных торгов. Порядок проведения публичных торгов определяется процессуальным законодательством, поскольку настоящим Федеральным законом не установлены иные правила.
Согласно пункту 1 статьи 57 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" публичные торги по продаже заложенного имущества организуются и проводятся органами, на которые в соответствии с процессуальным законодательством возлагается исполнение судебных решений.
В силу пункта 3 статьи 78 Федерального закона "Об исполнительном производстве" заложенное имущество реализуется в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, с учетом особенностей, предусмотренных Федеральным законом "Об ипотеке (залоге недвижимости)", Законом Российской Федерации "О залоге", а также другими федеральными законами, предусматривающими особенности обращения взыскания на отдельные виды заложенного имущества.
Таким образом, порядок реализации заложенного имущества урегулирован как нормами Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", так и нормами Федерального закона "Об исполнительном производстве", а в процессе реализации заложенного имущества учитываются особенности реализации конкретных объектов недвижимого имущества.
Определяя момент возникновения и размер обязательств, суд исходил из графика платежей и ошибочно полагал, что общая сумма обязательств составляет <данные изъяты>
Однако данный вывод суда противоречит смыслу кредитного обязательства, которое может быть досрочно прекращено, как взысканием суммы долга в судебном порядке, так и его досрочной выплатой. В любом случае определять размер обязательства на момент окончания кредитного договора <данные изъяты> нельзя, так как имеются вступившие в законную силу решения суда, согласно которым с должника С. взыскана сумма долга по кредитному договору с учетом процентов в размере <данные изъяты>.
Поскольку залогодержатель (К. (ООО)) оставил за собой нереализованное имущество по цене <данные изъяты>, при этом размер обеспеченного ипотекой обязательства по двум исполнительным документам составляет <данные изъяты>, а стоимость заложенного имущества, определенная на момент возникновения ипотеки составляет <данные изъяты>, у судебного пристава-исполнителя имелись основания для окончания исполнительного производства на основании пункта 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)".
Вывод суда об отсутствии основания для окончания исполнительного производства, поскольку оставление у залогодержателя предмета ипотеки само по себе не доказывает исполнение требований, содержащихся в исполнительном документе, так как заложенное имущество передано взыскателю по цене меньшей, чем размер задолженности, взысканный с должника по решениям суда, также нельзя признать правильным, так как из содержания статьи 58 указанного Федерального закона вытекает возможность выбора у залогодержателя: либо отказаться от нереализованного имущества, вследствие чего ипотека прекращается и взыскатель вправе рассчитывать на возможность получения удовлетворения за счет любого имущества должника в полном объеме; либо оставить нереализованное имущество за собой, что повлечет за собой прекращение обязательства и как следствие - окончание исполнительного производства.
Судебная коллегия также принимает во внимание то обстоятельство, что залогодержатель оставил нереализованное недвижимое имущество за собой по цене <данные изъяты> и этой суммы оказалось достаточно для окончания исполнительного производства по первому исполнительному документу, в котором указан размер денежных взысканий <данные изъяты>, а оставшаяся сумма <данные изъяты> направлена на погашение долга по второму исполнительному документу в размере <данные изъяты>. Причем эта сумма образовалась в результате начисления процентов и пени, а основная сумма кредита в размере <данные изъяты> взыскана первоначальным решением Куйбышевского районного суда города Санкт-Петербурга от 01 ноября 2010 года, исполнение которого окончено судебным приставом-исполнителем в связи с выплатой долга в полном объеме.
Таким образом, суд при рассмотрении дела неправильно применил материальный закон к спорным правоотношениям, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, поэтому решение суда в силу положений пунктов 3 и 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отмене с вынесением по делу нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований.
На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 328, статьей 329, пунктами 3 и 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Свердловского районного суда города Иркутска от 22 апреля 2013 года отменить.
Принять по делу новое решение.
В удовлетворении требований К. (ООО) о признании незаконным и отмене постановления судебного пристава-исполнителя Свердловского отдела судебных приставов города Иркутска Управления Федеральной Службы судебных приставов по Иркутской области Р. от <дата изъята> об окончании исполнительного производства и возложении обязанности на судебного пристава-исполнителя возобновить исполнительное производство о взыскании суммы долга с С. отказать.
Председательствующий
М.А.ТКАЧУК
Судьи
И.А.АНАНИКОВА
С.С.АПХАНОВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "BANKLAW.RU | Банки и банковские операции (банковское дело)" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ИРКУТСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 07.08.2013 ПО ДЕЛУ N 33-5281/13
Разделы:Банковский кредит; Банковские операции
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 7 августа 2013 г. по делу N 33-5281/13
Судья: Бакштановская О.А.
Судья-докладчик: Ткачук М.А.
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
председательствующего Ткачук М.А.,
судей Ананиковой И.А. и Апхановой С.С.,
при секретаре К.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению К. (ООО) о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя Свердловского отдела судебных приставов города Иркутска Управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области Р. от <дата изъята>, о возложении обязанности на судебного пристава-исполнителя возобновить исполнительное производство о взыскании суммы долга с С.,
по апелляционной жалобе представителя Управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области М.
на решение Свердловского районного суда города Иркутска от 22 апреля 2013 года, которым заявленные требования удовлетворены,
установила:
В обоснование заявленных требований К. (ООО) указал, что <дата изъята> между К. (ОАО) и С. был заключен кредитный договор <номер изъят>, по условиям которого кредитор предоставил заемщику кредит в размере <данные изъяты> под <данные изъяты> годовых на срок <данные изъяты> месяцев на неотложные нужды. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору с С. заключен договор залога принадлежащей ей на праве собственности квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>. В связи с нарушением С. условий кредитного договора К. (ОАО) обратился в суд с иском о взыскании задолженности по кредитному договору, процентов, пени и обращении взыскания на заложенное имущество. Решением Куйбышевского районного суда <адрес изъят> от <дата изъята> с С. в пользу К. (ОАО) взыскана задолженность в размере <данные изъяты>, обращено взыскание на заложенное имущество, начальная продажная цена квартиры установлена в размере <данные изъяты>. Решением Свердловского районного суда города Иркутска от 29 декабря 2012 года с С. дополнительно взыскана задолженность по кредитному договору в размере <данные изъяты>. В ходе исполнительного производства квартира не реализована третьим лицам. Судебный пристав-исполнитель предложил оставить квартиру взыскателю. К. (ООО), являющийся правопреемником К. (ОАО), уведомил судебного пристава-исполнителя о согласии принять указанное имущество в счет погашения долга по цене на <данные изъяты> ниже его стоимости, указанной в решении суда, которая составила <данные изъяты>. Общая сумма долга С. по двум исполнительным документам составляет <данные изъяты>. <дата изъята> судебным приставом-исполнителем вынесено постановление об окончании исполнительного производства. Полагает, что поскольку размер обеспеченного ипотекой обязательства больше стоимости заложенного имущества, задолженность не может считаться погашенной. У судебного пристава не было законных оснований для вынесения постановления об окончании исполнительного производства.
К. (ООО) просил восстановить срок для обжалования постановления судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства от <дата изъята>, отменить постановление судебного пристава-исполнителя Р. от <дата изъята> об окончании исполнительного производства в отношении С., возложить обязанность на судебного пристава-исполнителя возобновить исполнительное производство о взыскании суммы долга с С.
Судебный пристав-исполнитель Свердловского ОСП города Иркутска УФССП по Иркутской области Р. в судебное заседание не явился.
Представитель заинтересованного лица Управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области Б. возражал против удовлетворения заявленных требований.
Решением Свердловского районного суда города Иркутска от 22 апреля 2013 года требования К. (ООО) удовлетворены.
В апелляционной жалобе представитель заинтересованного лица Управления Федеральной Службы судебных приставов по Иркутской области М. просит об отмене решения суда по мотивам его незаконности и необоснованности.
Возражений на апелляционную жалобу не поступило.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав доклад, пояснения представителя заинтересованного лица Управления Федеральной Службы судебных приставов по Иркутской области Б. и судебного пристава-исполнителя Р., поддержавших доводы жалобы, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.
Признавая незаконным постановление судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства, суд исходил из того, что пункт 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке" (в редакции от <дата изъята>) на возникшие правоотношения не распространяется, поскольку они имели место до <дата изъята>.
Суд пришел к выводу об отсутствии оснований для окончания исполнительного производства, поскольку оставление у залогодержателя предмета ипотеки само по себе не доказывает исполнение требований, содержащихся в исполнительном документе, так как заложенное имущество передано взыскателю по цене меньшей, чем размер задолженности, взысканный с должника по решениям суда.
Обсуждая вопрос о моменте возникновения и размере возникших обязательств, суд указал, что обязательство должника С. по кредитному договору состоит из суммы кредита в размере <данные изъяты> и процентов в размере <данные изъяты> годовых, а согласно графику ежемесячных платежей общая сумма обязательств составляет <данные изъяты>, тогда как стоимость заложенного имущества, определенная на момент возникновения ипотеки, составляет <данные изъяты>.
С такими выводами суда судебная коллегия согласиться не может, исходя из следующего.
В соответствии с пунктом 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (в редакции Федерального закона от 06 декабря 2011 года N 405-ФЗ), если залогодержатель в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, оставляет за собой предмет ипотеки, которым является принадлежащее залогодателю жилое помещение, а стоимости жилого помещения недостаточно для полного удовлетворения требований залогодержателя, задолженность по обеспеченному ипотекой обязательству считается погашенной и обеспеченное ипотекой обязательство прекращается. Задолженность по обеспеченному ипотекой обязательству считается погашенной, если размер обеспеченного ипотекой обязательства меньше или равен стоимости заложенного имущества, определенной на момент возникновения ипотеки.
Приведенная норма права в редакции Федерального закона от 06 декабря 2011 года N 405-ФЗ вступила в силу с 07 марта 2012 года.
В статье 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" до внесения в нее изменений Федеральным законом от 06 декабря 2011 года N 405-ФЗ такого положения не было.
Согласно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к правоотношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на правоотношения, возникшие до введения его в действие только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.
Как следует из материалов дела, факт оставления К. (ООО) за собой предмета ипотеки - жилого помещения (30 октября 2012 года) и регистрации права собственности на данное жилое помещение (27 декабря 2012 года) имел место после вступления в силу пункта 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (в редакции Федерального закона от 06 декабря 2011 года N 405-ФЗ), поэтому указанная норма закона распространяется на правоотношения по реализации заложенного имущества в данном деле.
Анализируя норму пункта 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" и нормы статей 69 и 87 Федерального закона "Об исполнительном производстве", суд пришел к выводу о том, что задолженность по обеспеченному ипотекой обязательству считается погашенной и обеспеченное ипотекой обязательство прекращается только в том случае, когда заложенное имущество остается за взыскателем в соответствии с нормами Федерального закона "Об ипотеке". Если же заложенное имущество осталось за взыскателем в порядке, предусмотренном нормами Федерального закона "Об исполнительном производстве", то обязательство не может быть прекращено на основании пункта 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)". Фактически суд высказался о существовании двух процедур реализации заложенного имущества, одна из которых регулируется нормами Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", другая - нормами Федерального закона "Об исполнительном производстве".
Данный вывод суда является ошибочным, поскольку такое толкование материального закона ставит должников в зависимость от волеизъявления банка: в случае, если банк соглашается при заключении договора на оставление заложенного имущества за собой вследствие невозможности его реализации, то обязательство прекращается, а при отсутствии согласия, даже при оставлении за собой заложенного имущества, обязательство не прекращается и должник вынужден выплачивать долг за счет иного имущества.
Такое толкование противоречит положениям статей 56, 57, 58 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", поэтому решение суда нельзя признать соответствующим требованиям закона.
В соответствии со статьей 56 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" имущество, заложенное по договору об ипотеке, на которое по решению суда обращено взыскание в соответствии с настоящим Федеральным законом, реализуется путем продажи с публичных торгов. Порядок проведения публичных торгов определяется процессуальным законодательством, поскольку настоящим Федеральным законом не установлены иные правила.
Согласно пункту 1 статьи 57 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" публичные торги по продаже заложенного имущества организуются и проводятся органами, на которые в соответствии с процессуальным законодательством возлагается исполнение судебных решений.
В силу пункта 3 статьи 78 Федерального закона "Об исполнительном производстве" заложенное имущество реализуется в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, с учетом особенностей, предусмотренных Федеральным законом "Об ипотеке (залоге недвижимости)", Законом Российской Федерации "О залоге", а также другими федеральными законами, предусматривающими особенности обращения взыскания на отдельные виды заложенного имущества.
Таким образом, порядок реализации заложенного имущества урегулирован как нормами Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)", так и нормами Федерального закона "Об исполнительном производстве", а в процессе реализации заложенного имущества учитываются особенности реализации конкретных объектов недвижимого имущества.
Определяя момент возникновения и размер обязательств, суд исходил из графика платежей и ошибочно полагал, что общая сумма обязательств составляет <данные изъяты>
Однако данный вывод суда противоречит смыслу кредитного обязательства, которое может быть досрочно прекращено, как взысканием суммы долга в судебном порядке, так и его досрочной выплатой. В любом случае определять размер обязательства на момент окончания кредитного договора <данные изъяты> нельзя, так как имеются вступившие в законную силу решения суда, согласно которым с должника С. взыскана сумма долга по кредитному договору с учетом процентов в размере <данные изъяты>.
Поскольку залогодержатель (К. (ООО)) оставил за собой нереализованное имущество по цене <данные изъяты>, при этом размер обеспеченного ипотекой обязательства по двум исполнительным документам составляет <данные изъяты>, а стоимость заложенного имущества, определенная на момент возникновения ипотеки составляет <данные изъяты>, у судебного пристава-исполнителя имелись основания для окончания исполнительного производства на основании пункта 5 статьи 61 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)".
Вывод суда об отсутствии основания для окончания исполнительного производства, поскольку оставление у залогодержателя предмета ипотеки само по себе не доказывает исполнение требований, содержащихся в исполнительном документе, так как заложенное имущество передано взыскателю по цене меньшей, чем размер задолженности, взысканный с должника по решениям суда, также нельзя признать правильным, так как из содержания статьи 58 указанного Федерального закона вытекает возможность выбора у залогодержателя: либо отказаться от нереализованного имущества, вследствие чего ипотека прекращается и взыскатель вправе рассчитывать на возможность получения удовлетворения за счет любого имущества должника в полном объеме; либо оставить нереализованное имущество за собой, что повлечет за собой прекращение обязательства и как следствие - окончание исполнительного производства.
Судебная коллегия также принимает во внимание то обстоятельство, что залогодержатель оставил нереализованное недвижимое имущество за собой по цене <данные изъяты> и этой суммы оказалось достаточно для окончания исполнительного производства по первому исполнительному документу, в котором указан размер денежных взысканий <данные изъяты>, а оставшаяся сумма <данные изъяты> направлена на погашение долга по второму исполнительному документу в размере <данные изъяты>. Причем эта сумма образовалась в результате начисления процентов и пени, а основная сумма кредита в размере <данные изъяты> взыскана первоначальным решением Куйбышевского районного суда города Санкт-Петербурга от 01 ноября 2010 года, исполнение которого окончено судебным приставом-исполнителем в связи с выплатой долга в полном объеме.
Таким образом, суд при рассмотрении дела неправильно применил материальный закон к спорным правоотношениям, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, поэтому решение суда в силу положений пунктов 3 и 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отмене с вынесением по делу нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований.
На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 328, статьей 329, пунктами 3 и 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Свердловского районного суда города Иркутска от 22 апреля 2013 года отменить.
Принять по делу новое решение.
В удовлетворении требований К. (ООО) о признании незаконным и отмене постановления судебного пристава-исполнителя Свердловского отдела судебных приставов города Иркутска Управления Федеральной Службы судебных приставов по Иркутской области Р. от <дата изъята> об окончании исполнительного производства и возложении обязанности на судебного пристава-исполнителя возобновить исполнительное производство о взыскании суммы долга с С. отказать.
Председательствующий
М.А.ТКАЧУК
Судьи
И.А.АНАНИКОВА
С.С.АПХАНОВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "BANKLAW.RU | Банки и банковские операции (банковское дело)" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)